Москалев Алексей Владимирович родился 23 октября 1926 г. в городе Шуя Ивановской области. По достижении 16 лет стал бойцом Шуйского истребительного батальона. В 17 лет, 9 ноября 1943 года, был призван в Советскую армию. Службу начал в учебном батальоне. В июне 1944 года направлен в действующую армию - в 100-й гвардейский стрелковый полк 35-ой гвардейской стрелковой дивизии 8-ой гвардейской Армии 1-го Белорусского фронта, где воевал в должности пулеметчика, автоматчика, полкового разведчика в составе взвода полковой разведки. Боевое крещение принял, участвуя в Белорусской операции. За мужество и героизм, проявленные в боях в августе 1944 года, был награжден Орденом Славы III степени.
26 августа 1944 года в боях за расширение Магнушевского плацдарма за р. Вислой, был ранен и в течение трех месяцев находился на излечении в госпиталях. По окончании лечения был пулеметчиком фронтового запасного полка до начала Висло-Одерской операции, в ходе которой воевал в должности автоматчика 117-го стрелкового полка 23-й стрелковой дивизии 61-ой Армии 1-го Белорусского фронта. В составе этой армии участвовал в боях при проведении Берлинской операции.
День Победы встретил недалеко от р. Эльбы в должности заместителя командира взвода армейских курсов младших лейтенантов 61-ой Армии. По окончании Свердловского пехотного училища в 1948 г. служил командиром парашютно-десантного взвода.
Закончив в 1957 г. юридический факультет ВПА им. В.И. Ленина, дальнейшую многолетнюю службу проходил в системе военных трибуналов: членом военного трибунала танковой армии, Балтийского флота, Центральной группы войск, начальником отдела кадров Управления военных трибуналов. С сентября 1975 г. до увольнения в запас (ноябрь 1987 г.) был председателем военного трибунала Московского округа ПВО. Награжден орденами Славы III степени, Отечественной войны I степени, Красной Звезды, многими медалями Союза ССР. Генерал-майор юстиции. Заслуженный юрист РСФСР.
Скончался в сентябре 2020 г. Похоронен на Звенигородском кладбище Московской области.
ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ АЛЕКСЕЯ ВЛАДИМИРОВИЧА
«Вспоминая свою прожитую жизнь, я не раз ловил себя на мысли, что в армейской службе, мне здорово повезло. Повезло, как я считаю, что чудом остался жив. По моим подсчетам в меня, семнадцатилетнего гвардии ефрейтора, пулеметчика, автоматчика, полкового разведчика, а затем и помощника командира взвода армейских курсов младших лейтенантов уже на исходе войны, немцы стреляли персонально и порой в упор, примерно семь или восемь раз. При этом я не считаю свое многоразовое нахождение под артиллерийско-минометным обстрелом и бомбежкой, когда все поле вокруг окопчика было испещрено воронками от разрывов снарядов, мин и бомб. Никогда не забуду, как в одной из атак немецкой пулей было расщеплено цевье моей винтовки, как был пробит магазин моего ручного пулемета. О фронтовых делах можно рассказывать много – память о них не изгладится никогда.
Не менее памятны и годы службы в мирных условиях, в системе военных трибуналов. Из сорока четырех календарных лет военной службы последние двенадцать в столичном округе – Московском округе ПВО. Назначение на генеральскую должность в Москве произошло для меня, как говорится, нежданно-негаданно. Видимо, это было поощрение за то, что я в течение двух лет выправлял в нужном направлении работу отдела кадров Управления военных трибуналов. В то время на военный трибунал округа и подчиненные ему военные трибуналы объединения и гарнизонов возлагались задачи осуществлять правосудие в войсках округа и частях ПВО страны, дислоцирующихся на его территории. Полномочия военных трибуналов определялись задачами их деятельности, которые прямо были закреплены в ст. 2 Положения о военных трибуналах: «…вести борьбу с посягательствами на безопасность СССР, боеспособность и боеготовность его Вооруженных Сил, воинскую дисциплину и установленный порядок несения воинской службы». Согласно этому положению военным трибуналам объединений и гарнизонов были подсудны дела о преступлениях лиц, имеющих воинские звания до подполковника включительно. Военному трибуналу округа были подсудны дела о лицах, имеющих воинские звания полковника, а также лиц, занимающих должности командира полка и ему равного по должности. Кроме того, военному трибуналу округа были подсудны дела о всех преступлениях, за которые в условиях мирного времени законом предусмотрена смертная казнь. Военные судьи отчетливо понимали, какая большая ответственность возложена на нас по осуществлению правосудия, в основе которого должны быть не только правильное применение закона, но и обеспечение при этом справедливости и человеколюбия. Ведь недаром у каждого из нас к военному званию была приставка «юстиции», что в переводе с латыни означает «справедливости» (например, «майор юстиции» по латыни означал «майор справедливости»). И каждый из наших военных судей в полной мере оправдывал свое звание. Имея верный ориентир – торжество закона – военные судьи округа одновременно старались обеспечивать строжайшее соблюдение демократических принципов правосудия, упрочнение гарантий прав и интересов государства, его Вооруженных Сил, военнослужащих и гражданских лиц. Мы стремились так осуществлять судебную практику, чтобы каждый осужденный понимал, что он осужден справедливо и по закону, что назначенное ему наказание он «заслужил», поэтому должен вернуться в общество не озлобленным на него. Сам я всегда чувствовал большую ответственность за качество рассмотрения каждого дела и переживал вместе с его участниками, как за подсудимого, так и за потерпевшего. За время моей работы у нас не было ни одного случая постановления неправосудного приговора или решения суда по гражданскому делу. И я могу констатировать, что судейская совесть у каждого военного судьи была чиста, ибо, как уже говорилось, каждый из нас во главу угла ставил торжество закона. Кстати, замечу, что у нас никогда не было, так называемого «телефонного права», о чем некоторые злопыхатели, охаивая то время, любили позубоскалить. Никто, ни командование округа, ни командование объединения или командиры, ни партийно-политические органы, никто и никогда не вмешивались в нашу судебную деятельность. Каждый военный судья, председательствуя при рассмотрении судебных дел, самостоятельно принимал свое решение. Все офицеры – судьи военных трибуналов округа, выполняя свои обязанности, хорошо понимали, что главным в укреплении воинской дисциплины и правопорядка в войсках должно быть предупреждение случаев их нарушений. Поэтому, никогда не считаясь со временем, они много внимания уделяли правовой воспитательной работе в частях и соединениях округа. Они регулярно выступали перед личным составом с лекциями, докладами и беседами на правовые темы, участвовали в проведении тематических киновечеров, вечеров вопросов и ответов. Обычно только лично мною в течение года проводилось по 100–120 выступлений на правовые темы перед различными категориями военнослужащих.
В военном трибунале округа постоянно царила творческая обстановка. Основное объяснение результативности нашей работы, на мой взгляд, заключалось в качестве наших кадров, в правильном их подборе, расстановке, воспитании и обучении. Пожалуй, каждый согласится с тем, как много различных факторов необходимо учитывать, чтобы создать дружный, здоровый и работоспособный коллектив. Чтобы каждый член этого коллектива, идя на место своей службы, с утра ощущал радость встречи с коллегами. Мне когда-то запомнилось высказывание академика С.П. Королева о принципах подбора кадров. Сергей Павлович говорил, что в молодые годы он действовал при укомплектовании своего КБ по принципу: хороший инженер – иди ко мне. Когда же был умудрен жизнью, то в корне изменил этот принцип и стал подбирать в свой КБ работников по другому принципу: хороший человек – иди ко мне, а инженера мы из тебя сделаем. Всегда помнил я и слова Бисмарка, который в свое время заметил, что общество может существовать при наличии плохих законов и хороших чиновников, но при плохих чиновниках и хорошие законы не спасут. Применяя эти принципы в своей работе, с учетом собственного опыта в кадрах, я считал, что на первый план при оценке кандидата в военные судьи надо ставить его человеческие качества, а уж юридически грамотного судью мы в коллективе трибунала общими усилиями из него вырастим. Результат такого подхода к подбору судей был положительным. В общении друг с другом каждый работник трибунала проявлял высокие качества, душевную доброту, что порождало взаимное доверие и откровенность, правдивость и самокритичность, простоту и скромность, внимание и заботу друг о друге, создавало атмосферу духовной близости среди судей. В боевых условиях такие взаимоотношения переросли бы, я уверен, в настоящее боевое братство. Кстати, среди военных судей нашего округа не было ни одного случая нарушения воинской дисциплины или аморального поведения. Для каждого из них понятие чести было святым. Примером четкого, самоотверженного выполнения своих должностных обязанностей среди судей округа являлись, прежде всего, офицеры, прошедшие испытания Великой Отечественной войной. В семидесятых и начале восьмидесятых годов, среди военных судей округа еще продолжали служить фронтовики. Среди них бывший артиллерист Герой Советского Союза полковник Зинченко Иван Михайлович, возглавлявший военный трибунал объединения; полковник Громоздин Дмитрий Павлович, бывший морской тральщик Северного флота; орденоносцы полковники юстиции Еременко Алексей Иванович и Котов Борис Александрович, активные участники Великой Отечественной. Коллектив трибунала был сплочен и дружен. Иногда собирались и в «тесном кругу». Помню, однажды мы, законники, коллективно нарушили закон – решение Горбачева и Лигачева о борьбе с пьянством. А дело было так. Приближалось 9 мая 1985 г., 40 лет со дня Победы в Великой Отечественной войне. У нас, кроме пяти еще действующих фронтовиков, было много бывших военных судей округа – фронтовиков, находившихся в запасе и отставке. Негоже было пригласить их и угощать закавказским «Боржоми», либо американской «Кока-колой». Решили накрыть стол в кабинете моего заместителя. Заготовили спиртное, закуски и пригласили к столу всех бывших наших военных судей - фронтовиков. Все прошло великолепно, по-нашенски. Радостью и благодарностью за оказанное внимание светились глаза фронтовиков. А сколько было воспоминаний! В общем, все были довольны, и не нашлась ни одна сволочь, чтобы «заложить» нас. Вот так, без репрессий свершился факт допущенного нами «беззакония». После моего увольнения в запас председателем военного трибунала округа стал полковник юстиции Ильюшин Станислав Иванович. Несмотря на то, что в этой должности он проработал непродолжительное время, эта служба не прошла для него бесследно, он был назначен заместителем начальника Управления военных трибуналов. Вместо него председателем военного трибунала округа стал полковник юстиции, получивший затем звание генерал-майора юстиции, Зуев Юрий Федорович. После реформирования в 1998 году Московского округа ПВО наименование трибунала изменилось, он стал называться Четвертым окружным военным судом. В ходе последующего реформирования военно-судебной системы Четвертый окружной военный суд был упразднен. Судьи получили новые назначения в другие военные суды и в настоящее время успешно выполняют свой профессиональный долг».